— Знаем, это ты тут, пока тебе решка светит, нежный и добрый. А как придешь к своим волкам, зубки казать станешь. Это ж, мужики, беспредельная контора. Мне деваться некуда — они меня в любом бомжатнике найдут.

— Какие тебе гарантии нужны? — спросил я. — На фиг ты кому нужен с этой дрюшлой дачкой! Делать нам больше нечего, кроме как с тобой разбираться, тем более, что вы меня еще и пальцем не трогали. Так, подурачились, можно считать, пошутили. Кстати, если у вас какие проблемы по денежной части, могу уладить. И даже место могу в нашей системе подыскать.

— Банком заведовать поставишь? — сыронизировал «майор».

— Для банка у вас образования не хватит, но соответственно квалификации работенка найдется. Здоровье еще есть, не все пропили, может, и пригодитесь.

— Сладко поешь… — прошипел дядя Саня. — А вы небось и уши развесили? В печке он вам работу найдет, на должности Дров!

— Не капай на мозги, старый! — оборвал его «Агафонов». — Сам-то что предложишь? Мочить? А потом, через сутки — в печку?

— Почему? — Этот гадский дядя аж просиял, видимо, клюнутый в свои проспиртованные мозги некой гениальной идеей. — Надо так замочить, чтоб на нас не подумали, вот что…

— Во вумный, а? — прогудел Луза. — Да за подставу знаешь что бывает?

— Сейчас много чего бывает, все понятия побоку, если перо у горла, — просипел дачевладелец. — Западло не западло — шкуренка своя теплее, понял? Тут, через два забора от меня, один корефан кантуется. Алкаш, московскую прописку пропил, а дачу еще нет. Знаю точно, у него какие-то чурки маячат. Барыжит он на них или просто товар притыривает — не знаю. Если мы этого, — вредный дядя показал на меня пальцем, — тихарем отведем туда и уроем, а потом в ментуру через какого-нибудь чудика стукнем, то жмура точно на чурок запишут. А ихняя контора, — опять палец в мою сторону, — в ментовке свояков до хрена имеет. Пока с чурками разберутся — до нас дело не дойдет.