Более подробной информации у меня нет – кроме, пожалуй, того, что кишлак, или лагерь Джабал, расположен в таком месте, где склоны северного и южного перевалов обрываются отвесными скалами и для штурма непригодны. Южнее ущелья, как видите, находится плато и обширная хайрабская «зеленка». Насколько лагерь сложен для отработки, можно определить только на месте, проведением собственной разведки. Отряду приказано завтра, в 8.00 местного времени убыть в квадрат…, что охватывает юго-восточную часть «зеленки» и открытое плато. Место десантирования отстает от ущелья по прямой на двадцать шесть километров. Ориентировочное время прибытия в район высадки – 10.40–11.00. Далее – определение маршрута выдвижения к цели, режим и порядок перемещения. В 21.00 отряд должен выйти в район подготовки штурма, что предварительно определен в квадрате 47–16. Там – уточнение задачи, проведение разведывательных мероприятий, рекогносцировка местности и отработка плана боевой операции. Вопросы ко мне есть?

– О составе банды «духов», окопавшейся в Джабале, тоже нет никакой информации? – спросил Тимохин. – А то получится так, что мы выйдем к лагерю, а в нем сотни три до зубов вооруженных талибов. И операция закончится, не успев начаться…

– Точной информации нет. По непроверенным данным, бандой талибов руководит полевой командир Мухаддин. Если в Джабале действительно верховодит он, то его отряд насчитывает человек тридцать.

Поднялся полковник Крымов:

– Я сделал запрос в Москву, и сейчас наша разведка усиленно занимается сбором информации по Джабалу. Думаю, до отлета отряда мы будем знать по лагерю талибов все, что возможно.

– Это хорошо, – проговорил Тимохин. – У меня еще один вопрос: на чем планируется переброска отряда в район десантирования?

– На вашем, то есть Российского антитеррористического управления, вертолете, – ответил Харсон. – Сейчас его готовят к полету на юг Афганистана. В частности, убирают опознавательные знаки.