— Вполне, — улыбаясь, ответил довольный собой Племянник, который предпочитал заниматься такой работой без надзора суетливого, гордого за свой дом дядюшки; так что Крот (сам того не ведая) оказал ему большую услугу, оставив дома одного на целый день. — Впрочем, — добавил Племянник, — работы еще хватает. Особенно с окнами. И мне еще понадобится твоя помощь: подержишь лестницу, когда я займусь чердачным окошком. Оно больше всех нуждается в хорошем ремонте, чистке и — по возможности — в свежей покраске.
— Да, с ним повозиться придется, — согласно кивнул Крот, — я ведь эту раму вставлял и стеклил в первый год жизни в Кротовом тупике. А было это… ой давно. Тебя-то тогда уж точно на свете еще не было.
Так за обсуждением хозяйственных дел и за ностальгическими воспоминаниями они прошли остаток дороги и вскоре очутились под крышей уютного домика в Кротовом тупике. День выдался долгим и беспокойным, а Крот любил говорить, что утро вечера мудренее и что сон — лучшее лекарство от всех бед. И кстати, частенько оказывался прав. Проснувшись наутро хорошо выспавшимся, можно совсем по-другому, в куда лучшем свете, увидеть любую, даже самую сложную ситуацию.
Если Крот и на этот раз собирался применить для облегчения страданий то же средство, а именно выспаться хорошенько, то этим мечтам не суждено было сбыться. На следующее утро солнце, кажется, только-только взошло над горизонтом, а в дверь уже раздалось громкое и требовательное «тук-тук-тук!».