Иногда ей приходилось идти под палящим солнцем; стояло душное лето, лихорадка очень мучила охотника, он умирал от жажды и громко бредил. Он кричал: «Пить! Пить!» И черепаха должна была все время поить его.

Так шла она день за днем, неделю за неделей. Все ближе были они к Буэнос-Айресу, но с каждым днем черепаха становилась все слабее и слабее, все больше выбивалась из сил, хотя и не жаловалась на свою судьбу. Иногда она замирала и долго лежала без движения, а охотник приходил в себя и говорил:

— Я умру, мне становится все хуже и хуже, и только в Буэнос-Айресе могли бы меня вылечить. Но я умру здесь один, в этом лесу.

Он думал, что все еще находится в своем шалаше, потому что был

в забытьи. Тогда черепаха поднималась и снова пускалась в путь.

Но вот как-то раз, когда уже вечерело, бедная черепаха уже не смогла идти дальше. Силы изменили ей. Ведь она уже целую неделю не ела, чтобы скорее добраться до Буэнос-Айреса.

Когда стало совсем темно, она увидела на горизонте какой-то далекий свет, какое-то сияние, которое освещало все небо, но не знала, что это такое. Она чувствовала, что все больше слабеет, и закрыла глаза, чтобы умереть рядом с охотником, с грустью думая о том, что не смогла спасти человека, который был так добр к ней.

И тем не менее черепаха уже пришла в Буэнос-Айрес, хотя и не знала об этом. Свет, который она видела на небе, был отблеском огней города, и она умирала, находясь у цели своего героического путешествия.

Но какой-то мышонок — возможно, это был мышонок Перес, известный герой многих сказок, — случайно увидел умирающих путников.

— Вот так черепаха! — сказал мышонок. — Никогда я не видел такой большой черепахи. А что это у тебя на спине? Дрова?

— Нет, — с грустью ответила черепаха. — Это человек.

— А куда же ты с ним идешь? — спросил любопытный мышонок.

— Я иду… Я иду… Я шла в Буэнос-Айрес, — ответила бедная черепаха так тихо, что ее едва можно было расслышать. — Но, видно, придется умереть здесь, потому что я никогда не дойду…