А мы все знаем обо всех, Кто вор, кто врал, кто честен, И даже самый тайный грех Нам хорошо известен. Мы знаем, кто и где крадёт, Когда, в каком количестве, Как надувает наш народ Король, его величество. Секретов нет для поварят, Умеют всё выведывать. Но мы молчим, нам не велят Болтать о чём не следует. И так всегда везде вдвоем, Где только можно нос суём, Недаром люди говорят, Что нет дотошней поварят.

– Тихо! – сказал Ватрушка. – Я слышу чьи-то шаги.

На кухню вошла гофмейстерина, оглянулась, ища повара. К ней подкрался шут и громко хлопнул в ладоши у неё над ухом. Она странно вскрикнула и упала ему на руки. Поварята рассмеялись, радуясь неожиданной потехе.

– Ах, мне дурно! – закричала гофмейстерина. – Моё сердце!

– Куд-куда изволили спешить, моя прелесть? – спросил её шут.

– А, это вы! – закричала возмущённая гофмейстерина. – Конечно, кому другому может прийти в голову такая дурацкая выходка! Вы круглый, безнадёжный дурак, милостивый государь!

Шут хитро прищурился и запел:

Меня все люди, с кем знаком, Считают круглым дураком, А я, ну право, это смех, Я во дворце умнее всех!

– Замолчите! – топая ногой, закричала гофмейстерина. – Если бы не король, которому вы втёрлись в милость...

Вкруг солнца вертится земля, И это миру ясно! А шут – любимец короля, И спорить с ним опасно! —

насмешливо пропел шут.

– И как только король терпит его, – сквозь зубы прошептала гофмейстерина, – не понимаю, где у некоторых людей глаза!

С этими словами она ушла, шут побежал за ней.