Мой милый друг, промчатся дни, Раздастся голос грозный. И он велит тебе: «Усни!» И спорить будет поздно. Мы так похожи на ребят, Что спать ложиться не хотят. Вокруг — мороз, слепящий снег И пусто, как в пустыне, У нас же — радость, детский смех, Горит огонь в камине. Спасает сказка от невзгод — Пускай тебя она спасет. Хоть легкая витает грусть В моей волшебной сказке, Хоть лето кончилось, но пусть Его не блекнут краски Дыханью зла и в этот раз Не опечалить мой рассказ ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

Так как шахматная задача, приведенная на предыдущей странице, поставила в тупик некоторых читателей, мне следует, очевидно, объяснить, что она составлена в соответствии с правилами — насколько это касается самих ходов.

Правда, очередность черных и белых не всегда соблюдается с надлежащей строгостью, а «рокировка» трех Королев просто означает, что все три попадают во дворец; однако всякий, кто возьмет на себя труд расставить фигуры и проделать указанные ходы, убедится, что «шах» Белому Королю на 6-ом ходу, потеря черными Коня на 7-ом и финальный «мат» Черному Королю не противоречат законам игры

Новые слова в стихотворении «Бармаглот» (см. с. 126–127) вызвали известные разногласия относительно их произношения; мне следует, очевидно, дать разъяснения и по этому пункту. «Хливкие» следует произносить с ударением на первом слоге; «хрюкотали» — на третьем; а «зелюки» — на последнем

Для шестьдесят первой тысячи этого издания с деревянных форм были сделаны новые клише (так как их не использовали непосредственно для печати, они находятся в таком же отличном состоянии, как и в 1871 г., когда их изготовили); вся книга была набрана новым шрифтом. Если в художественном отношении это переиздание в чем-либо будет уступать своим предшественникам, это произойдет не по вине автора, издателя или типографии.



3 из 143