Я исподтишка передразнивал его, на потеху Полю. Мы ведь всерьез считали провансальское произношение единственно правильным французским произношением, потому что так говорил наш отец, член экзаменационной комиссии на выпускных экзаменах средней школы; следовательно, раскатистые "эры" дяди Жюля были явным признаком какого-то физического недостатка.

Мой отец и дядя, женатые на сестрах, дружили, хотя дядя, который был старше и богаче нашего Жозефа, подчас держался с ним покровительственно.

Время от времени дядя начинал возмущаться чрезмерной, по его мнению, продолжительностью школьных каникул.

- Я допускаю, - говорил он, - что детям нужно так долго отдыхать, но учителей-то можно пока использовать на другой работе!

- Вот-вот! - насмешливо отвечал отец. - Послать бы их на два месяца заменять измученных чиновников префектуры: каково им, беднягам, целый день ловить мух и протирать штаны в канцеляриях!

Но в своих дружеских стычках они дальше этого не заходили и никогда не упоминали, разве что иносказательно, о главном пункте разногласий: ведь дядя Жюль ходил в церковь!

Когда отец узнал со слов матери, которой тайно поведала об этом тетя Роза, что Жюль дважды в месяц ходит причащаться, он пришел в ужас: "Ну, дальше идти некуда!" Мама стала умолять его примириться с этим, а главное - не высмеивать при Жюле попов.

- Ты думаешь, он бы на самом деле рассердился?

- Я уверена, что он больше не переступил бы наш порог и запретил бы Розе у меня бывать.

Отец, грустно покачав головой, вдруг сердито закричал:

- Вот! Вот она, нетерпимость этих фанатиков! Разве я мешаю ему ходить каждое воскресенье в церковь есть своего бога11? Разве я запрещаю тебе ходить к сестре оттого, что она замужем за человеком, который верит, будто создатель Вселенной нисходит по воскресеньям с небес и превращается в сто тысяч стаканчиков с вином? Ладно же, я докажу ему, что у меня широкие взгляды.