Метка крепко врезалась ему в память, вот он и решил воспользоваться ею, чтоб не пропадала зря. Колян всегда стремился брать от родины все, что только можно, не случайно он был награжден орденом... Да я ему отсоветовал такое название — распугал бы всех клиентов. А теперь давайте на боковую, мне завтра в пять вставать, «стрелку» для «деловых» организовать надо. — Вован протянул мне визитку сыщика и потопал спать.

* * *

...День был полон суеты и волнений, моя душа была полна зла и горечи, а мир казался жестоким и несправедливым...

Я вошел в комнату к Капитолине, та, естественно, сидела в позе лотоса и медитировала...

Вот нервы, сплошные канаты! Не удивлюсь, если она и в «предвариловке» так же усядется и замрет на час или два. Я же буду метаться, как тот загнанный лис в клетке, — мне и дня не прожить в камере с головорезами.

— Эй, Букашкина, хватит в другой мир переселяться, давай лучше решим, что завтра этому Коляну говорить станем.

— Не дрейфь, Мамонт, когда случится диарея, тогда и иммодиум будем принимать, что сейчас раньше времени беспокоиться, иди лучше ложись, завтра пораньше встанем.

Я так и не понял ничего ни про иммодиум, ни про диарею, что она имела в виду, но спорить не стал. Самое лучшее средство прогнать эту девицу из моего сердца — пожить с ней бок о бок. При долгом общении она начинает вызывать у меня стойкое желание огреть ее чем-нибудь потяжелей! Вот брошу ее, пусть сама выпутывается, раз такая умная!

Мне не спалось. Я встал, заглянул в комнату Капки. Во дает! Спит сном младенца! Я подошел ближе, прикрыл одеялом ее открытые ноги (ну до чего хороши!), полюбовался минут пять, но прикоснуться не решился. Подскочит еще, и будет мне «появление дракона и тигра» в одном флаконе...

КАПИТОЛИНА БУКАШКИНА

...Ну и дружок у меня — чисто мумия...