— Слишком поздно. Этим подлецам нет прощения.

— Еще она сказала, что победить должны Люциане.

— Ага.

— И попросила доверять ей. Она собиралась рассказать мне что-то.

Дэн ухмыльнулся.

— Спорим, она упрашивала тебя вернуться домой, уверяя, что эта гонка крайне опасна и мы наверняка проиграем и бла-бла-бла… Я слышал это уже миллион раз с тех пор, как мы начали поиски ключей. «Мы самые достойные из семейств Кэхилл». Как они предсказуемы.

Эми решила не говорить Дэну о признаниях Иана. Разумеется, она не купилась на рассказы о том, что нравится Иану, но Дэна это могло разозлить.

— Она сказала, что видела меня маленькой, но я ее совсем не помню, — продолжала Эми.

Но Дэн уже не слушал ее:

— Нам пора идти к Нелли, иначе она будет волноваться.

По пути к выходу из выставочного зала Эми задержалась у стены со снимками преступников.

— Что же Изабель искала среди фотографий? — задумалась Эми. — Это не просто совпадение. Она остановилась здесь и рассматривала… — Эми замолчала. — Дэн, одна из фотографий исчезла!

Одна небольшая фотография была вырезана прямо из рамки.

— Теперь мы никогда не узнаем, кто был на ней изображен, — сказала Эми.

Дэн закрыл глаза. Эми поняла, что он пытается визуально вспомнить, кто был на снимке. Даже если было необходимо запомнить сто снимков, Дэн бы с легкостью справился.

— Идем, — скомандовал он. Эми поторопилась, они прошли в отдел сувениров. Здесь можно было приобрести плакаты, на которых преступники, чьи фотографии висели на стене выставочного зала, выглядели словно живые. Дэн указал пальцем на один плакат, На котором был изображен довольно молодой человек с засаленными волосами и абсолютно пустым выражением глаз. Белый шрам ото лба к подбородку проходил по одной стороне его лица. — Этот.

— Боб Тропики, — сказал продавец из-за стойки.