Высокий дом где-то на окраине Москвы. Балконы освещены солнцем, на них сушится белье, проветриваются зимние вещи.

Две мамы одновременно появляются на соседних балконах. В руках у одной из них таз с мокрым бельем.

— Ну вот… А веревка где? — удивленно говорит одна мама.

— Так, опять веревки нет! — возмущается другая на своем балконе.

— Катя! — кричит она вниз, во двор.

— Наташа! — с негодованием кричит другая, перегнувшись через перила.

Во дворе, во всех углах, взлетая, вертятся веревочки. Девочки скачут на все лады с таким видом, как будто делают важное дело.

распевает Катя, девочка лет восьми, с длинными косами, в клетчатом платье. Она скачет особенно ловко и легко.

Все поют в такт своим прыжкам:

Около дома, у стены, стоит Лидочка. Ей шесть лет, у нее очень короткие, торчащие в разные стороны косички. В руках у нее веревочка, но Лидочка не прыгает, только поет негромко:

Во двор входит высокий человек. В руках у него свернутые чертежи и книга, которую он держит перед собой и читает на ходу. Девочки стоят в очереди перед вертящейся веревочкой. Высокий человек, продолжая читать, невольно перепрыгивает через веревочку и только тогда понимает, в чем дело, говорит сердито:

— Неужели нельзя найти какое-нибудь другое, более целесообразное занятие?