— Извини! — заявил я непоколебимо. — На мой взгляд, как раз в меру.

— Кому как нравится, — согласился Печенюшкин. — Во-вторых, ты пересказываешь излишне добросовестно. Не оставляешь загадок, разомкнутых линий, бегаешь с фонариком по всем разветвлениям сюжета. После твоего предисловия многие и не станут добывать первую книжку. А историю Печенюшкина я бы вообще не упоминал.

— Ты что?! Это три больших главы. Там столько накручено событий: Бразилия, колдуны, индеец Гокко, боги-пришельцы, придурковатый король, министр-убийца, а главное — красавица Диана, невеста твоего названого брата.

— Ничего! С основным сюжетом они связаны не впрямую. Да и жаль мне их описывать наскоро, куце. Это все же моя жизнь.

Да! — продолжал он. — И в-третьих. В отличие от твоего, мой пересказ уже закончен.

— Как?! — ахнул я. — А последний бой?!

— Опустим!

— А разоблачение предателя?

— Выведем за рамки!

— А Драконья пещера?

— Обойдемся. Не утяжеляй предисловия. Подписывать его все же тебе, я существо неофициальное.

— Пусть так, — сказал я твердо, — но про исполнение желаний я непременно сохраню. Там всего-то один абзац.

— Ладно, — согласился Печенюшкин, — но мне больше нравится следующий, предпоследний. Он короткий. Вот его оставь обязательно.

Так мы и решили. Улыбка моего визитера сверкнула в последний раз, он поклонился, прижав лапу к груди, и приготовился исчезнуть.

— Постой! — вспомнил я. — Но главный герой — ты. У меня половина предисловия о тебе. Все это выбросить прикажешь?

— Попрошу, — тихо откликнулся гость. — Ты обо мне пишешь там, как о мумии древнего чародея: «упоминания о загадочном, невероятном, непонятном, могущественном Печенюшкине, существе с тысячью обличий и малодоступной для исследователей биографией, появляются в речах обитателей Фантазильи с самой первой главы повести.» Нет, пусть читают саму книгу «Вдоль по радуге, или Приключения Печенюшкина.» Она у тебя получилась.