– Да, конечно, мы уделим больше внимания этой возможности.

– Насколько мне известно, бомжи всегда охотно идут на контакт, – продолжил Воробьев. – Конечно, когда с ними говорят по-человечески. Если убили кого-то из них, они молчать не станут.

– Пока что молчат…

Прокурор осмотрел Сергея критически, словно хотел сказать: «Если бы спрашивал я – они бы сказали все». Волгин в этом сомневался: следователем Воробьев проработал недолго, зато года с девяностого кочевал в городской прокуратуре из одного отдела по надзору в другой, пока, благодаря близости к кому-то из руководящих чиновников, не получил «под себя» район.

– Совместного плана работы нет… Мероприятия намечены формальные, да и те не выполняются… – Воробьев быстро пролистал коричневые ОПД. .я

За подчиненного вступился Катышев. Может" действительно хотел защитить, а может, просто надоело молчать:

– Фактически, Волгин работает один. Как вы знаете, наша группа по раскрытию убийств до сих пор неукомплектована. Конечно, опера из отделения помогают, как могут но…

– Ваши кадровые проблемы меня не касаются, – отгородился прокурор, разглядывая фотоснимки в ОПД голубого цвета. – Сколько себя помню – все время слышу про ваш некомплект. За это время уже можно было бы что-то придумать! Каждый год академия выпускает несколько сотен подготовленных специалистов…

– Человека без практики на эту линию не поставишь, – вздохнул Катышев. – Но мы пытаемся найти решение…

– Вот здесь, в плане, написано: «Силами оперсостава периодически проводить патрулирование в районе места происшествия…» Проводилось хоть раз?

– Неоднократно. Выделить милицейский пост на эту территорию мы не можем, в батальоне людей не хватает, но когда есть возможность, постоянно инструктируем личный состав… Мои оперативники ходили, по несколько часов отдежурили – но ведь постоянно там стоять не будешь, да и место больно неудобное, с нескольких точек просматривается как на ладони. Такие засады хороши, когда есть информация, у нас же – ничего, кроме догадок…