– А ты вытряхни, – посоветовала Таня.

– Да как я вытряхну? Он там растаял, вода хлюпает.

Они шли мимо скотного двора. В сторожке на скотном светился огонёк и над крышей поднимался дым.

– Ваш дедушка печку топит, – сказала Алёнка, – вон дым из трубы идёт.

– Пойдём к дедушке, – сказала Таня. – Твои валенки посушим.

Подружки подошли к окну и постучались. Дедушка отворил дверь.

– Ах, батюшки! – сказал он. – Да ко мне, никак, гости пришли!

Дедушка ночевал в сторожке на скотном дворе – он сторожил по ночам скотину. Глядел, чтобы какой-нибудь бык с привязи не сорвался. Или коровы не забодали бы друг друга. Или не вздумал бы забрести волк из лесу в глухую зимнюю ночь.

Дедушка топил в сторожке печку, чтобы не холодно было ночевать. Алёнка как вошла, так сразу сняла валенки и поставила их к огню сушиться. А потом все трое – дедушка, Таня и Алёнка – уселись перед огоньком на лавочке.

– Дедушка, – сказала Таня, – а ты не боишься ночевать один?

– А я разве один? – сказал дедушка. – У меня здесь скотины полон двор.

– Ну, всё-таки это не люди же!

– Ну, положим, не люди. Только чего ж мне бояться?

– А если волк? – сказала Таня.

Дедушка кивнул в угол:

– А ружьё на что?

– А если медведь? – робко спросила Алёнка.

Дедушка усмехнулся:

– Ну и что ж? Пусть приходит. Поможет мне за скотиной смотреть… Да вот, слышно, кто-то уже бродит под окнами.

Алёнка живо подобрала ноги на лавку. А Таня вскочила и подбежала к окну.

– Где медведь?

За окном и правда мелькнула чья-то тень, и кто-то толкнулся в дверь. Алёнка вскочила на лавку:

– Ой, дедушка, не открывай!

А Таня, вглядевшись в темноту, сказала:

– И правда медведь! Ох, страшный! Чёрный какой!

Она говорила, а сама поглядывала на Алёнку и тихонько посмеивалась.

Дедушка открыл дверь и сказал:

– Кто здесь?