А щеночек у нас был - загляденье. Любопытный, хорошенький. Мы его Рок-н-ролл назвали, а сокращенно - Рокочка. Только огорчало, что слишком много он луж и кучек делал. Утром, как проснешься - так просто ступить некуда. Везде лужи. Я прямо устал их подтирать.

И ещё одно плохо было - не тявкал он совсем. Только иногда скулил тихонечко. Наверное, по своей маме тосковал. Всё-таки он не привык к нам ещё.

Но постепенно он осваивался в нашей квартире. Это можно было заметить по оборванным обоям, изгрызенным тапочкам, истрепанным мягким игрушкам. А однажды он решил исследовать щель между стеной и шкафом, просунул туда голову и застрял. Как он заверещал, бедный! Испугался! И мы за него испугались.

Я и папа его всё больше любили. А потом и мама полюбила. Случилось это так: папа сидел на полу, на коврике, и делал зарядку. Он всегда по утрам зарядку делает, не то, что я. У него воля сильная, а у меня нет. Но когда вырасту, тоже, наверно, будет.

Так вот, папа делал зарядку, а Рокки ему мешал. Подходил со всех сторон, прыгал, тянул за майку... Папа рассердился и посадил его на диван. А диван для нашего бульдога - всё равно, что для нас аэродром какой-нибудь. Широкий, длинный.... И высоко, не спрыгнешь...Удивился щенок, подумал, что в какое-то незнакомое царство попал и, видимо, струхнул немного. И от страха давай туда-сюда бегать и лаять. Да, да, он залаял!

Оказалось, что у него голос очень приятный. Низкий такой, густой. И лает он с расстановкой, неспешно. Это вам не какой-нибудь пинчер....На этот лай мама из кухни прибежала. Обрадовалась! И давай Рокки ласкать, гладить. С тех пор они и подружились.

Так мы и жили, привыкая к собаке, как к новому члену семьи. А потом произошло несчастье.

У нас во дворе, около помойки, живут уличные собаки. Живут они большой стаей и год от года их всё больше. Собаки эти злые, голодные, страшные. Раньше они жили на стройке, и строители их подкармливали. А потом стройка закончилась, строители ушли на другой объект, а собаки остались.