Пёс только его и чуял. Запах ударял ему в голову. Его слюна уже образовала лужицу на тротуаре. Запах, мясник, мясник, запах… Надо на что-то решиться. «Хорошо подумай, прими решение и от него уже не отступай». (Чёрная Морда верно говорила.) Пёс сосредоточился. Пригляделся к мяснику повнимательней. И заметил одну вещь. Между ногами мясника и подолом фартука был небольшой квадратный проем. Как раз достаточный для собаки его роста. «Значит, так: одним духом перебегаю улицу, проскакиваю у него между ног, хватаю первый попавшийся кусок и удираю тем же путём. Он толстый, я шустрый, ему меня не поймать. Если повезёт, он даже ничего и не заметит».

Разумеется, всё получилось совсем не так, как он задумал. Через улицу-то он побежал, но не достиг и середины, как на него обрушилась целая куча ужасов разом. Сначала он услышал рёв, который пригвоздил его к месту, потом увидел, что прямо на него мчится мясник, протягивая красные ручищи, потом оказался прижатым к необъятной груди, и, наконец, голос мясника загрохотал у него над ухом:

– А ну, ты чего это тут? Собак наших давить? А? Не понял! Смотри, я ведь и рассердиться могу! Ну? Вали давай, парижанишка!

И снова рёв. Это тронулась машина… Машина, которая чуть не задавила Пса.

Теперь мясник держал его на вытянутых руках и смотрел ему прямо в глаза.

– А ты-то кто такой? Откуда взялся? Как тебя звать? Н-да, красавцем тебя не назовёшь! Голодный, небось?

Вот так. Мясник дал ему роскошную кость, на которой оставалось ещё полно мяса. Позволил спокойно глодать её прямо в лавке, на опилках, потом лежать и переваривать. Пёс уснул под голос мясника, повторявшего его историю каждому покупателю:

– Я ему говорю, парижанину этому, – ты чего, собак наших давить? Говорю, смотри, рассержусь…

Когда Пёс проснулся через несколько часов, мясник закрывал железные ставни лавки. Прежде чем запереть дверь, он окликнул Пса:

– Ну так как? Остаёшься или пойдёшь?

Пёс подошёл к нему. Он ведь искал не хозяина, а хозяйку. Жаль. Он поскрёбся в рифлёное железо двери.