– Посмотрим, – сказала Пом, не связывая себя более определённым ответом. – Какое имя вы хотите предложить?

Тут наступило великое молчание. Об этом никто как-то не подумал. А в самом деле, погодите-ка, вот ведь чёрт, как же его назвать-то? И впервые в жизни Пёс увидел, как люди мыслят. Ужасно интересно. Они смотрели сперва друг на друга, поднимая брови и пожимая плечами, потом, каждый сам по себе, смотрели в пространство, подперев рукой подбородок, потом чесали в затылке, потом шаркали ногами и, наконец, все как один поворачивались к Потному и спрашивали, что он придумал.

– Ещё думаю, – отвечал Потный.

И все снова принимались мыслить.

Пёс должен был признать, что вечеринка не лишена интереса. Когда Потный мыслил, он становился очень забавным. Лоб у него собирался складками, как у бульдога, а нижняя челюсть выдвигалась вперёд. Того и гляди клыки покажутся, и станет слышно, как скрипят мозги. Лицо становилось ещё краснее, чем обычно. Все гости молча смотрели на него. Это продолжалось довольно долго. Наконец Потный торжественно объявил:

– Придумал.

Все в один голос:

– Ну? Давай! Ждём! Какое имя?

Он отхлебнул вина и сказал:

– Медор!

Отхлебнул ещё глоток и спросил:

– Ну, что на это скажете?

Все дружно зааплодировали.

– Годится! Здорово! Красота! Так оригинально!

Потный смотрел на Пом с нескрываемой гордостью. Но не успел он и рта раскрыть, чтоб спросить, согласна ли она на Медора, Пом ответила очень просто:

– Нет.

(Пёс вздохнул с облегчением.)

– Нет? Но почему же? – спросила Перечница в надежде как-нибудь избежать препирательств.

– Потому что в жизни никакую собаку не зовут Медор, только в книжках. К тому же Медор – это старо. Вот почему нет. А «нет» – это значит «нет».

Последовало неловкое молчание, только посуда звякала. Чтобы как-нибудь прервать его, кто-то предложил:

– Тогда, может, Милу?

– Нет, – отрезала Пом. – Милу – то же самое: это не собачье имя, это имя картинки.