- Адам ловил сардину неподалеку. И прекрасно видел в бинокль, как вытаскивали мертвяков. Вначале одного, потом другого... А Никола швартовался в Пирее, когда их перегружали с катера в труповозку. Да и вообще, об этом говорит все побережье. Даже газеты писали. У Фирса было много недостатков. Он слишком любил узо*, невоздержанно относился к женщинам, азартно играл в карты. Но вся береговая полоса, море и острова буквально кишели его "глазами" и "ушами". Общительный и любознательный, он знал все о происходящем на воде и прилегающих частях суши. В том и состояла его ценность. - Действительно, нашли двух утопленников, - кивнул Андреас. - Но почему ты решил, будто их убили? Смерть от асфиксии - вот вывод врачей. Знаешь, что это означает? Фирс криво усмехнулся и промолчал. У полицейского мелькнула мысль, что Мидии известно о шестигранных стрелках, извлеченных из трупов. Но такое, конечно же, было невозможно. - Удушье. - Тон инспектора оставался невозмутимым. - Скорее всего, они запутались в сетях... - Пусть так. - Осведомитель повторил пренебрежительный жест. - А куда делся один акваланг? Иорданидис резко остановился. Теперь он не выглядел веселым парнем. - Откуда тебе это известно, черт подери?! Лицо собеседника осветилось плохо скрываемым азартом. Ради подобных минут Фирс сотрудничал с полицией. Он любил эффекты. А рыботорговец Антонионис никогда не смог бы безнаказанно вывести из равновесия офицера полиции. И мгновенно его успокоить. - А оттуда, что его выловил Адам! - торжествующе сообщил Мидия и умолк, наслаждаясь произведенным эффектом. Андреас утратил обычную невозмутимость, он жадно ждал каждого нового слова, даже ноздри раздувались от нетерпения. - Говори! - Адам с Тиноса, шхуна "Морская звезда". Хотел продать, но желающих не нашлось: акваланг какой-то не такой... Неудобный, что ли... Иорданидис глубоко вздохнул, успокаивая забившееся сердце.