Вовка стоял и ждал, когда брату надоесть разглядывать туман и заречный район. Наконец Кирилл повернулся к нему и сказал:

— Ладно, Вовчик, не будем терять время, начнём. Только учти: всё, что ты сегодня увидишь и узнаешь, очень необычно. Не подумай, что это сон.

— Что ли я такой большой лопух, чтоб спутать сон и не сон?

Большой лопух — это большой репейник. По-научному называется «Арктиум Лаппа». Относится к семейству сложноцветных. Ты про это?

— Чё ты все время придираешься? — обиделся Вовка.

— Не придираюсь я, а прикалываюсь. Ладно, не дуйся. Я же просто так. Ну а нам пора отправляться в путь.

Кирилл ударил в ладоши, и с обрыва вниз свесилась верёвочная лестница с деревянными перекладинами-ступеньками. Лестница была крепко привязана к плите — к той самой, что лежала на краю обрыва.

— Ничего себе! — удивился Вовка. — Вот это фокус!

— Это не фокус — это магия, — сказал Кирилл.

— Шутишь!

— Ага, больше мне делать не чего — только шутить. Ты же знаешь, что я кое-чего умею?

— Ну, знаю, вообще-то…

— Чего ж ты удивляешься, раз знаешь?

— Ну, я… это… не удивляюсь… только лестница-то зачем? Что ли нам по ней лезть надо?

— Ага, что ли надо, — передразнил Кирилл.

— Ты чего! — испугался Вовка. — Тут вон, высота какая! А если сорвёмся?

— Не дрейфь, не сорвёмся. Ну а сорвёмся — всё равно никуда не упадём. Тут если сорвёшься, просто окажешься не там, куда нам надо.

— А куда нам надо?

— Вон, гляди. Видишь, там внизу уступ?

— Ну, вижу. — Вовка только теперь разглядел уступ. Он находился примерно на половине высоты обрыва, как раз над тем дубом. Раньше Вовка уступа не замечал. Это, наверное, из-за тумана под обрывом. Уступ, в отличие от дуба, был еле виден.