– Так чего же… это… – участковый растерялся.

– Почему не умираю? Время требуется. Подождите немного. Я уже чувствую необратимые изменения, происходящие в моем организме. За неделю я постарел на несколько десятков лет.

Все это Альшоль выговорил участковому тихо и смиренно, будто давно свыкся с мыслью о близкой смерти и ему неприятно причинять хлопоты окружающим.

Мулдугалиев побагровел. А что, если этот седобородый старик и впрямь загнется здесь, на его участке? Разборок не оберешься!

– Следуйте за мной, – приказал он, выпрямляясь.

– Куда? – удивился Альшоль.

– В отделение. Там разберемся.

– Эй, лейтенант, чего к старику привязался? Он что – мешает тебе? – раздался голос из толпы.

Участковый оглянулся. Спрашивал парень лет двадцати с квадратными бицепсами. Рядом с ним стояли двое таких же. Наверное, культуристы из клуба «Атлант», не иначе.

– Нарушение… – сбавил голос Мулдугалиев.

– В чем нарушение? Сидит себе на солнышке, монетки меняет…

– Да он же сумасшедший… – еще более понизив голос, отвечал участковый. – Вот скажи, дед, какой у тебя возраст? – снова повернулся он к Альшолю.

– Семьсот пятьдесят один год, – ответил Альшоль.

– Ну, видите! – обрадовался Мулдугалиев.

– Ничего не значит. Мафусаилу еще больше было, – сказала из толпы девушка.

– Кому? – насторожился участковый.

– Это из Библии. Вы не знаете.

– А он тоже из Библии?! – закричал Мулдугалиев.

– Ладно, лейтенант. Если старику нужна помощь, врача пришли. А в отделение таскать нечего, – спокойно, с расстановкой произнес парень с бицепсами.

Его друзья согласно кивнули.

Мулдугалиев струсил. Эти старика не отдадут.

Он изобразил на лице фальшивую улыбочку.

– Я же как лучше хотел… Пожалуйста, пусть сидит. Мне не жалко… А в собес обратиться надо, гражданин Альшоль, – напутствовал он старика и вразвалку, стараясь сохранять достоинство, двинулся по улице дальше.