Зина и Фатьма выросли вместе, вместе пошли в школу и все годы, ни разу не поссорившись, просидели на одной парте.

«Это мой самый верный друг, – говорила сама себе Зина, – самый верный!»

И вдруг оказалось, что Фатьма никакой не верный друг. Сама вчера сказала, что не обещает быть другом. Вот как можно обманываться в людях! Машу Репкину Зина всегда считала такой суровой и даже чёрствой: Маша постоянно говорила об уроках да о делах, будто только и есть у неё всякие деловые мысли, а чувств никаких нет. А вот, однако, как походила по лесу, как побегала под деревьями, так и оказалась совсем другим человеком. Вот и Тамара… Никогда бы Зина не подумала, что у этой заносчивой Тамары окажется такое верное сердце. До чего же красиво она сказала: «Как крепко это дерево – дуб, так крепка будет наша дружба!..» Очень красиво! И тоже обещала – на всю жизнь. А Фатьма…

Зина шла одна по улице, рассуждала обо всём этом и старалась убедить себя, что ей совсем всё равно, идёт Фатьма сегодня рядом с ней или нет.

Быстрый-быстрый топот торопливых шагов послышался издалека. Это Фатьма бежала, догоняя Зину. Она догнала её вся красная, запыхавшаяся; вязаная шапочка её сбилась на ухо, чёрные глаза горячо блестели.

– Что же ты? – спросила Фатьма удивлённо. – Почему не постучала? А я сижу и жду… Так и в школу могла бы опоздать!

– Но у вас же есть часы, – возразила Зина, не глядя на Фатьму.

Фатьма заглянула ей в лицо:

– Ты из-за чего сердишься? Скажи! Я ведь не знаю.

– Я не сержусь. – Зина поджала свои маленькие губы, и лицо её приняло замкнутое выражение.

– Нет, ты не поджимайся! – вспыхнула Фатьма. – Ты скажи!

Зина пожала плечами:

– А что тебе говорить! Сейчас мы с тобой подруги. А завтра ты, может быть, сделаешься мне врагом. Разве тебе можно верить?

– Можно, – твёрдо возразила Фатьма. – Я пионерка, и ты пионерка. Я не могу сделаться твоим врагом. Но, конечно… Если ты меня теперь не любишь… то, конечно…