— Значит, она ещё не вылечила ногу и не хочет выделяться. Ведь в кого бы она сейчас ни превратилась, она всё равно останется хромой. А когда хромают все, её хромота будет незаметна.

За окнами машины бежали деревья, столбики, ручьи и речки. Здесь нигде не чувствовалось присутствие Меробианы, и путники повеселели. Родная страна Городов была тут такой же прекрасной, как и прежде. Ни листья, ни бабочки, ни муравьи не испытали ещё злого колдовства.

Они выехали на пригорок. Внизу раскинулся родной город Лукомира. Если в любом другом городе жилые дома образовали улицы, а гаражи стояли на задворках, то здесь всё было наоборот. Разноцветные, разноэтажные гаражи радовали взгляд, выстроившись вдоль улиц. Тротуаров почти не было, зато мостовые были широкие-преширокие, так как пешком здесь почти не ходили. Бензоколонки и магазины запчастей встречались здесь столь же часто, как в обычном городе гастрономы. Всё для машин!

Путники въезжали в город и удивлялись: вокруг стояла абсолютная тишина.

И вдруг весь город словно взорвался. Сотни автомобильных гудков и сирен разом заполнили его.

— А! — хлопнул себя по лбу Лукомир. — Сегодня же день семейных гонок. Это старт с площади Карданного Вала. Я всегда участвовал в этих гонках. Послушайте, и нам ведь надо двигаться в том же направлении. А что, если…

— Не надо, — сказал Рымс. — Как бы опять не нарваться.

— Зато в толпе мы будем незаметнее, — настаивал Лукомир. — Мы будем мчаться, как все.

— Эх, была не была… — согласился Рымс.

— Ура! — запрыгала на сиденье Настя.

И они влились в колонну автомобилей, мчавшихся с площади Карданного Вала. Тут и там раздавался грохот столкновений и звон разбитого стекла. Все хотели вырваться вперёд.

Машина Лукомира постепенно обгоняла остальных. Их провожали удивлённые взгляды. В семейных гонках рядом с водителем могут сидеть дети, бабушки и даже кошки и собаки. Поэтому шум, крик и лай стоит всегда невообразимый. Ведь победителей ждёт семейный приз. И представьте огорчение, если вас обгоняет какой-то бородатый неумейкарыболов с номером РЫБ!