Откроется щель, и можно будет вылезти. Мишка чуть не упал — не хватило детских сил для надежного распора. Мишка, покачиваясь, повис и заплакал от бессилья. Снизу заскулил щенок. От этого звука такая буря поднялась у Мишки в душе. Понимание абсолютной беззащитности живого существа, попавшего в ловушку по его, Мишкиной, глупости. Такое понимание было не вынести. Мишка со всей силы уперся ногами и спиной в ровные, шершавые стены, придерживаясь за веревку, развернулся боком и с размаху всадил ногу между краем отверстия и палаткой. Палатка промялась и уступила. Щиколотку ободрало камнем, она полыхнула огнем. Мишка, не останавливаясь, вогнал руку в противоположный стык. По руке что-то потекло. Опершись на руку и ногу, Мишка просунул в стыки оставшиеся конечности, и отпустил веревку. Собрав последние силы резко толкнулся и откатился от дыры, отпихнув в сторону палатку. Он лежал лицом в землю, тело сотрясали рыдания. Сверху опустился флаер. Выскочил встрепанный отец, механик, и еще кто-то. Папа быстро ощупал сына, словно не веря, что он цел.

— Стрелок, — слабо сказал Мишка.

— Что? — не расслышал отец.

— Щенок внизу — в трубе. Помогите.

Последовал укол, и Мишка провалился в мягкую вату забытья. Проснулся он уже под вечер.

*****

В кают-компании ели молча, Мишка часто ловил на себе и своих бинтах осторожные взгляды взрослых. Николай, закончив есть, положил в посудомоечную машину тарелку и швырнул туда же вилку со словами:

— Ему бы всыпать как следует, а мы в молчанку играем!

Связиста не поддержали.

Неожиданный праздник

Празднования спасения не было. «Не влетело — и то хорошо» — считал Мишка и весь день крутился около взрослых — «помогал». Сотрудники станции старались, чтобы мальчик был на глазах — проблем меньше. Исследовали найденные Мишкой «трубы», как с легкой руки ребенка окрестили артефакты. Нашлось еще несколько труб, связанных между собой подземными лабиринтами.