— Б…, бл…, б-блин, — наконец получилось у него, — т-такое утро ис-портить, замечательное.

— Ты нормально? — вскочил капитан и биолог следом.

— Д-да, доигрывайте, сейчас отключу электричество и доделаю, — бортинженер тяжело встал, тряхнул головой и засмеялся, — все беды в электронике, и вообще в электрике по двум причинам: есть контакт там где он не должен быть или нет контакта где он необходим!

— Где-то я уже это слышал, — откликнулся Валерий Михайлович, — только без обидных параллелей: «Все беды России от бюрократов и дураков».

— Кончай фигню нести, тебе ШАХ!!

— Ушел!

— Еще Шах!

— Ушел!

— Мат!

— Ушел!

— Куда ушел? — вкрадчиво спросил капитан.

— Совсем ушел, вот, ушел!

— Сюда нельзя здесь тебе шах.

— А я сюда!

— И здесь нельзя.

— А…

— Да, Валерий Михайлович, да, надо…

Игроки уже не замечали, что давно стоят друг перед другом.

— Это что же… Мат, получается?!! — выдохнул биолог, — так что же ты, «сосна старая», молчал?!!!

— Во-первых: если мы друзья, это не повод забыть субординацию! Во-вторых: я говорил, ты не слышал…

Бортинженер уже давно с любопытством на них поглядывал и на немой вопрос серых глаз Валерия Михайловича ответил утвердительно: — Говорил.

— А куда у меня исчез ферзь? — подозрительно посмотрел биолог на капитана.

— Я н-не брал…, тьфу ты, Валера, ну как ты мог подумать?!! Вон ферзь, под креслом лежит, упал во время замыкания.

Они переглянулись.

— Переигрываем!!!

*****

Мишка стоял посреди рубки и плакал — горько, молча, без слез.