— Нет, уж ты меня извини, попка, а ты вполне законченный дуралей, — смеется Мик, просовывая и тотчас выдергивая указательный палец между прутьями клетки.
Коко сердится и свистит. Он всегда свистит в таких случаях. Потом, как ни в чем не бывало, затягивает снова:
И ни с того ни с сего прибавляет совсем уже ни к селу ни к городу:
— Попочка любит винегрет!
Мик-Мик и Счастливчик заливчато хохочут.
ГЛАВА II
— Еще в постельке! Ай, ай, ай, как нехорошо! Небось Михаил Михайлович уже пришли, чтобы приготовить тебя, Счастливчик, к экзамену, а ты еще в постельке!
Старая, рыхлая, простодушная, как и все русские няни, Степановна проникает в детскую и укоризненно качает седою, как лунь, головою в ослепительно белом чепчике.
Коко, который за этот именно белый чепец да еще за упорное нежелание давать ему сахар недолюбливает няню, при появлении ее заливается отчаянным криком:
— Ступай прочь! Ступай прочь!
Этой фразе выучил Коко молодой лакей Франц, который тоже не любит няню, не любит за то, что она держит себя, по его выражению, «превыше барыни».
При неожиданном крике Коко няня вздрагивает, пугается, потом начинает сердиться.
— Тьфу, пропасть! — ворчит она. — Глупая птица! Постой, я вот тебя!..
— Я вот тебя! — как эхо, крикливо вторит ей попугай.
Счастливчик с Мик-Миком хохочут. Няня начинает сердиться уже самым серьезным образом.
— Барыня вас спрашивали, батюшка мой, — обиженным голосом обращается она к студенту. — Благоволите пройти в столовую.