Я вернулся к своей одежде, вынул из кармана тонкую пластиковую трубочку. Присел на корточки перед мальчишкой. — Эй, привет — тихонько сказал ему.

Он с трудом приоткрыл блеклые глаза и вымученно улыбнулся в ответ.

— Держи. Сунь под язык, но не глотай, пусть само растворится, — с этими словами я вытряхнул из трубочки розовую горошину и протянул парнишке.

Он недоверчиво глянул на меня, но сил сопротивляться, похоже, не осталось. Вздрагивающими пальцами осторожно взял горошину и сунул в рот. И по мере того, как таблетка таяла, его глаза удивленно расширялись. Кожа стала приобретать обычный цвет.

Очевидно, тошнота отступила, потому что мальчишка уже улыбался во весь рот.

— Здорово! А что это было? — спросил он, не скрывая удивления и любопытства.

— Ты слышал такое слово — гомеопатия? — спросил я в ответ.

Он помотал головой.

— Это такие таблетки, которые делают без химии, а из лекарственных трав и минералов. В общем, природа. Я вижу, помогло?

— Ага! Класс! Совсем не тошнит даже!.. А она надолго действует?

— Ну, сутки точно. А потом еще дам, не волнуйся. А где твои родители?

Мальчик тут же поскучнел.

— А, там, в баре, — равнодушно махнул он рукой в неопределенном направлении.

— Интересное дело. Ребенок еле живой, а родители в баре развлекаются?

Мальчик поглядел на меня, потом скрытно глянул по сторонам и прошептал еле слышно:

— А они мне не родители. Только вы никому!.. Ладно?

Я кивнул, но спросить ничего не успел, появилась «мамаша».

— Саша, — почему-то с ударением в конце, на французский манер, окликнула она мальчика, при этом внимательно оглядывая меня. — Как ты себя чувствуешь? Голова не прошла?

Она старательно изображала беспокойство, но глаза были холодны, как у Снежной Королевы.