Очутившись на свободе, она воспряла духом и припустила по дорожке, моля Бога, чтобы никакие соседи в этот момент не таращились на нее из окон. Козырек кепки и темные очки делали ее почти слепой, но снимать их Серафима не собиралась.

Возле ворот гостиницы она затормозила, трясущимися руками нашарила в кармане джинсов пачку и сунула в рот сигарету. Господи, она чуть не попалась! Иванцов вернулся неожиданно рано, а она, ко всему прочему, еще и вазу разбила! Теперь даже дурак поймет, что в его доме кто-то побывал, а Иванцов дураком не был.

Серафима выкурила сигарету, прижавшись щекой к холодному металлу ворот. Ни в коем случае нельзя сейчас звонить и появляться на глаза сторожу. Как хорошо, что она предусмотрительно оставила открытым окно!

Все еще дрожа от пережитого страха, Серафима обошла гостиничный забор по периметру, отыскала удобное местечко, где вплотную росло деревце, и перелезла на ту сторону. Сад встретил ее приветливым шорохом листьев.

Не успела Серафима сделать и двух шагов, как в черном небе бахнул гром и почти сразу полил совершенно сумасшедший дождь. Весь день воздух был сгустившимся и напряженным, а теперь наконец-то наступило облегчение. Серафима счастливо засмеялась, пробегая по дорожкам. Она моментально вымокла, с волос текло, кепку и очки пришлось снять и рассовать по карманам. В кроссовках хлюпало, джинсы прилипли к ногам.

За стеной дождя Серафиму вряд ли смог кто-то увидеть, поэтому она спокойно обогнула здание и распахнула окно на первом этаже. Часом раньше она покидала гостиницу через это же окно, чтобы не пришлось сдавать ключ и показываться на глаза администраторше. В конце концов, она шла «на дело» и следовало быть осторожной.

Правда, «дело» она провалила, да и вылазка эта оказалась бесполезной. У Иванцова не было при себе ничего компрометирующего: ни оружия, ни наркотиков, только обычные вещи обычного курортника.