Ивар помчался к Атису. Калитка, как обычно, была заперта. На свист подбежал Динго, но узнал Ивара и только предупреждающе заворчал, когда тот перелезал через забор.

Атис и его брат Гундар смотрели хоккейный матч. Дверь на веранду была открыта.

— А-а-а! — донесся тысячеголосый крик.

— Садись! — Атис даже не удивился появлению Ивара в столь поздний час.

— Некогда! — бросил Ивар. — Чрезвычайное происшествие!

— До конца встречи остается пять минут, — сообщил комментатор. — Посмотрим, сумеют ли рижане сравнять счет.

Сейчас никакие, даже самые экстраординарные новости не могли бы оторвать Атиса от телевизора.

— Три — три! Ура! Молодцы! — закричали уже все трое.

— Давай выкладывай! — с довольным видом Атис выключил телевизор.

— Поднимемся к тебе!

— Никак еще одна банда объявилась? — съехидничал Гундар.

— Мой друг, ты недалек от истины, — в тон ему ответил Ивар.

— Из-за этой дрянной стекляшки ты тащился в такую темень? — удивился Атис.

— Ничего себе стекляшка, стоимостью чуть ли не с «Волгу»!

Кому-кому, а ювелиру Голдбауму Атис верил.

— Позор, если мы, будущие следователи, не справимся с этим делом, — решил Атис. — А ну, пошли!

— Куда?

— К дому Пурвини, куда же еще! Притащим кровать к Униному деду.

Покинутые жильцами дома смотрели на мальчиков черными, выбитыми глазницами окон.

— Не напутал ли ты чего? — воскликнул Атис.

— Ты что, я сам вытаскивал этот хлам из комнаты и поставил сюда, вот на это самое место, возле сирени.

— Может, малыши затащили ее обратно?

В комнате Пурвини, которую ребятишки гордо называли своим клубом, кровати не было.