Девочки жили одни и скучали. Отец Уны, капитан дальнего плавания, находился сейчас где-то у берегов Канады. Мать, майор милиции, была отозвана из отпуска и выехала в Архангельск.

Ни Уна, ни Магдалена даже не подозревали, что во дворе старого дома пенсионерки Паулины Пурвини происходят события, которые через некоторое время, хоть и доставят им не мало хлопот, но зато прославят отряд юных друзей милиции, которым командует Уна.

Не подозревали этого и Атис с Иваром. Вдосталь накатавшись по затонам Даугавы на моторной лодке, принадлежавшей отцу Атиса, и донельзя разозлив рыбаков, торчавших там каждое воскресенье в надежде на большие уловы, мальчики, наконец, заплыли в свой любимый, заросший камышом заливчик. Ивар достал припрятанную в шалаше удочку, насадил на крючок червя и, забредя по колено в воду, стал терпеливо ждать первой поклевки.

— Зря стараешься, — скептически произнес Атис. — У рыбы сейчас обеденный перерыв. На закате, может, что и поймаешь, кошке на ужин.

В тени под деревьями трава была мягкой и прохладной. Спрятавшись от солнца, Атис раскрыл книгу Жоржа Сименона «Чужой в доме», которую перечитывал в восьмой раз и знал чуть ли не наизусть.

И на окраине города, если портовый район можно считать окраиной, в это время было тихо и пустынно. На запыленных деревцах не шевелился ни один листок. Не видно было даже постоянно копошащихся на своих грядках пенсионеров, никто не играл в домино во дворе, не перемывал косточки соседям. Только во дворе пустого, предназначенного на снос деревянного дома по улице Плиедеру, 17 было оживленно. Спор, разгоревшийся из-за старой железной кровати, грозил перерасти в драку.

— Мальчики, сейчас же слезьте с кровати! — тоном приказа произнесла девочка со светлыми косичками.

— Да, мы только что пообедали пирожными с котлетами, — перебивая друг друга, вторили две ее младшие сестренки, баюкая кукол.