И тем не менее выполнять ее идиотскую просьбу я не собиралась. Все равно заменить сестру я не смогла бы при всем желании - тут одного внешнего сходства явно недостаточно. Уж скорее могло получиться наоборот, то есть если бы Крыська взялась заменить меня. Хотя... нет, тоже ничего хорошего бы не получилось, у меня чутье на антиквариат, а у нее и в помине нет...

Начался долгий, бестолковый, изнурительный разговор. Мы основательно поцапались, а в перерывах между обменом эпитетами пытались найти какой-то другой выход. Переломать Анджею ноги, например, чтоб по горам не шастал, или, на худой конец, одну ногу. Ничего умного не приходило в голову, и наверняка мы бы поссорились по-страшному, если бы вдруг не зазвонил телефон.

Звонила тетка, жена нашего родного дяди, того, что с виллы.

- Иоася? Звоню в твою квартиру, так, наверное, у телефона ты. Из нотариальной конторы в Париже пришло письмо, адресовано тебе и Крысе, сразу обеим. Толстое такое. Что мне с ним делать?

- Минутку! - Я попыталась унять злость и раздражение. Предназначенные сестре, они не должны излиться на ни в чем не повинную тетушку. Затем передала информацию Крыське, уже не сдерживая в голосе злых ноток.

Сестра лишь пожала плечами, испытывая ко мне идентичные чувства. В пылу ссоры ни она, ни я как-то не оценили всей значимости сообщения.

- Если тебе интересно - смотайся за письмом! - проворчала Кристина. Я подожду тут, я с тобой еще не покончила.

Я обернулась за четырнадцать минут и вернулась с толстым конвертом. Раздражение немного поулеглось, и я попросила Кристину на время отложить свои любовные перипетии. Посмотрим, чего от нас хочет парижский нотариус.

Конверт вскрыла я, Крыська так и не слизала с себя всего камамбера.

Через десять минут уже почти примирившиеся, но слегка ошеломленные, мы перечитывали письмо по третьему разу.

Парижский нотариус нашей французской прабабушки извещал, что графиня Каролина де Нуармон скончалась, назначив нас своими прямыми наследницами и поровну разделив между нами имущество, но с одной оговоркой.