Зерцало сочувственно улыбнулся ей. У Сабрины же не было сил даже взглянуть на него. Измученная, взвинченная, она опять ни на шаг не приблизилась к тайне исчезновения родителей. Сколько еще тупиков ждет ее?
Она выдавила улыбку и протянула ему Золотую Шапку. Человечек кивнул, положил ее на прежнее место, закрыл дверь и запер замок.
— Всё равно спасибо тебе, — вздохнула Сабрина, забрала свою связку ключей и направилась к выходу.
Она прошла через портал, не оборачиваясь, и опять оказалась в пустой комнате. В дверях она внезапно остановилась и, повернувшись, внимательно посмотрела на свое отражение в зеркале.
— Зерцало! — негромко позвала девочка. Стекло заволокло голубым туманом, а потом появилась лысая голова.
— Хочешь на них посмотреть? — спросил Зерцало.
Сабрина кивнула.
Он подмигнул:
— Давай, сама ведь знаешь, как это делается.
Гладь зеркала вновь помутнела, и вместо лица маленького человечка появились ее родители: Генри и Вероника Гримм. Они лежали на какой-то кровати в полутемном помещении и спали глубоким сном.
Сабрина вздохнула, глядя на лица родителей: у отца такое же округлое дружелюбное лицо, как у Дафны, только обрамленное белокурыми волосами. А мама… Мама была красавица: тонкий овал лица, высокие скулы, иссиня-черные локоны. Родители казались такими беззащитными в этой темноте.
— Не хочу, чтобы следующее Рождество прошло без вас, — прошептала Сабрина, пытаясь дотронуться до них рукой. — Что угодно придумаю, лишь бы вы вернулись домой…
Тут ее рука коснулась волшебного зеркала, и по изображению пошли круги, будто кто-то бросил камешек в воду; всё стало медленно расплываться и — пропало. Сабрина не сводила с родителей глаз, пока они не исчезли.