— Господин Шульц, — церемонно представился он. — Старинный друг капитана Кэпа!

Что-то я не помнила, чтобы у дедушки были друзья в Задонске. Тем более старинные.

В этот момент влетела запыхавшаяся Кира.

— Что вы себе позволяете?! — накинулась она на человека в черном. — Претесь, как в собственный дом!..

— Видите ли, в чем дело, Эмма, — слов не замечая дежурную, продолжал господин Шульц. — Я владелец магазина похоронных принадлежностей "В добрый путь"…

— Ну и что? — пожала я плечами.

— Расценки на венки, гробы и ленты моем магазинчике на десять процентов ни государственных…

Я ничего не понимала.

— Ничего не понимаю, — так прямо и сказала я.

— А я вам сейчас все объясню, — пообещал господин Шульц и, покосившись на Киру, добавил: — Только не здесь. Я вас на улице подожду.

Он вышел из номера. За ним вышла и дежурная, продолжая что-то недовольно бубнить. Я чувствовала себя совершенно разбитой, словно не спала, а всю ночь занималась карате.

Решив как-то взбодриться, я приняла душ. Но это не помогло. Наоборот — дико разболелась голова.

На улице меня ждал господин Шульц. Мы зашли в бар неподалеку от гостиницы. Взял по чашечке кофе и сели в дальний угол.

Господин Шульц достал из кейса пачку фотографий и кинул на стол.

— Полюбопытствуйте, Эмма…

На фотках были изображены какие-то люди.

— Тут около сотни человек, — пояснил господин Шульц. — Все они бесследно исчезли. Причем в одном и том же месте. У городского кладбища.

С одного из снимков смотрела улыбающаяся Кира. Я ткнула в нее пальцем.

— Как же исчезли? Вот дежурная из гостиницы…

— Те, что помечены на обороте черным крестиком, — вернулись, — многозначительно произнес господин Шульц.

Я перевернула Кирино фото. В нижнем правом углу стоял черный крест.