В доме бакенщика ребят не оказалось. Поэтому Миша двинулся к верфи. На середине площадки все на тех же чурках стоял «Открыватель». Но это был уже не тот «Открыватель», каким видал его Миша вчера. Этот стоял гордо, был незнакомым и величественным. Над «Открывателем» высилась стройная мачта с двумя реями, от нее к носу и корме отходили веревки. На верхней рее прикреплен скатанный парус. Рубка покрашена в голубой цвет.

Лева и Вася устраивали в лодке сиденье и не смотрели на Мишу, словно его здесь и не было.

— Ребята…

Никто не ответил.

— Ребята, — сказал он громче.

Лева недружелюбно обернулся.

— Что тебе?

Миша, торопясь, чтобы не прогнали, заговорил:

— Я, ребята, моторку достал. У дяди Феди. На ней поплывем. Быстрее и лучше, — убеждал он, хотя ему никто еще слова не сказал. — Бензин есть. А Василь может управлять… Вмиг доплывем туда и обратно. За день.

Пока он говорил, лица друзей постепенно светлели. Лева спросил недоверчиво:

— Не врешь?

— Честное слово! Завтра утром даст.

Лева и Вася переглянулись, потом улыбнулись, заговорили с Мишей, будто никакой ссоры у них не было.

— Как же ты смог?

— Очень просто: взял да попросил. Дядя Федя добрый.

Обрадованный примирением, Миша передал подробности разговора с дядей Федей, но о том, что показал ему партизанскую карту, умолчал. Вдруг ребята рассердятся.

— Если завтра дядя Федя даст моторку, — завтра и поплывем, — сказал Вася. — Тянуть нельзя.