Адвокат взглянул на своих клиенток, изо всех сил стараясь сохранить спокойный и даже равнодушный вид.

— В случае владения имуществом очень большой стоимости, а в особенности движимым, — произнёс он сухо, — необходимы бесспорные доказательства права на собственность. Следует исключить малейшие подозрения, что предмет мог быть украден или им завладели каким-либо иным незаконным способом. Всплывшая совершенно неожиданно, скажем, картина Рембрандта, о которой ходили туманные слухи… или нет… Исключить вероятность подделки, проследить судьбу предмета…

— В данном случае подделки можно не опасаться, — вежливо заметила одна из клиенток.

— Несомненно. Итак, проследить судьбу, все подтвердить документально, ведь живых свидетелей, как я понимаю, уже не осталось. Возможно, какая-то корреспонденция… разумеется, следует проверить её аутентичность…

— Предположим, все доказано, — нетерпеливо прервала его вторая клиентка. — И что потом?

— И потом, естественно, вы можете им распоряжаться.

— А налог на наследство?

— Налог вы должны будете заплатить в случае продажи этого предмета. Если я правильно понял, его стоимость не поддаётся определению?

Обе клиентки одновременно кивнули.

— Итак, в случае продажи. В случае же получения прибыли от… скажем… демонстрации… налог на эту прибыль. А так я не вижу никаких препятствий, но, пока не получены доказательства, я бы не советовал…

— А кому, собственно, эти доказательства надо предъявлять? — вежливо поинтересовалась первая клиентка. — Полиции? Министерствам финансов различных государств? Совету Европы? ЮНЕСКО?

— Сицилийской мафии? — подсказала другая.

— Думаю, что всем, вместе взятым, — неожиданно откровенно ответил адвокат. — А ещё приплюсуйте сюда прессу, нотариаты и суды.