— Павка, подними флаг!

— Где я его, интересно, возьму?

— В руке у тебя что?

— Ну, палка…

— Нацепи на нее шляпу, вот и флаг! Ясно? А ты, Юлька, что руки сложил, как египетская мумия? Помогай!

Голос Тимы Болдырева звучал сурово и требовательно. Ребята повиновались ему беспрекословно.

Груда серых гранитных валунов моментально украсилась флагом — широкополой соломенной шляпой с черной лентой на тулье. Бойкий ветерок подхватил шляпу и начал ее раскачивать.

— Эй, смотрите, — предупредил Тима, — сорвет!

— Привязана! — уверенно заявил Павка.

Пионеры сняли снаряжение (картонные папки на широких — в ладонь — перевязях, лопатки в матерчатых чехлах), подошли к обрыву и замерли: под ногами была бездна.

И страшно и в то же время радостно стоять у края пропасти: веет из провала холодом, кружит голову высота. Но не думай о страхе, не смотри вниз на острые скалы. Лучше взгляни, как распахнулись перед тобой солнечные голубые дали, как далеко-далеко во все стороны уходят необъятные таежные просторы родной земли. И захватит от волнения дух, и забьется, заколотится в груди сердце, и не найдется нужных слов, чтобы передать нахлынувшие на тебя чувства: не высказать их и не описать.

— Эх-х-х! — глубоко вздохнул Тима.

— Да-а-а, — протянул задумчиво Юлька.

— Так, — сказал Павка.

И снова молчание

А восторг, а счастье, а гордость играли на лицах ребят, в ярком румянце щек, в трепетном блеске глаз, в лучезарных улыбках. Ведь как-никак завоевать вершину горы, которая поднимается на тысячу двести метров над уровнем моря, случается не каждому.