Вскоре в клубах дыма стали заметны маленькие, быстрые змеи, запутавшиеся в собственных кольцах. Скользкие гады, неистово, рвались и отчаянно, кусали друг друга, пытаясь освободиться.

Вдруг, змеи разом потемнели, припали к земле и быстро расползлись в стороны.

Трепетный рассвет всё чётче и чётче проступал, как фотография при проявлении. Листья и трава, невольно, подались вверх. Тьма скрючилась, потускнела и стала таять. На горизонте обозначилась узкая полоса белого света. Проснулся ветер, ожил лес. Деревья приветственно зашелестели. Птицы, разом, защебетали и природа наполнилась весёлыми звуками ясного, летнего утра.

А небо поднимало всё выше и выше ночной посеревший занавес, пока из светлой полосы на горизонте не брызнули лучи восходящего солнца.

С первым лучом на равнине появилась стройная фигура Ангела. Белоснежная мантия светлым пятном выделилась на фоне тёмной земли. Подвижные складки в ореле светотканных лучей, грациозно колышутся. Огромные крылья неподвижно сложены. Прекрасное лицо печально. Небесно-голубые глаза смотрят с грустью.

Могучие крылья распрямились, Ангел медленно приподнялся над землёй, невесомая фигура стала неспешно облетать равнину по периметру. Из выразительных глаз закапали слёзы. В том месте, где слёзы попадали в землю, мгновенно вырастали цветы, с лепестками цвета чистого неба, обрамлённые ярко-зелёными лепестками.

Облетев поле, Ангел опустился, взгляд устремился на мирно спавшую Полтаву. В точёных руках засиял золотой лавровый венок. Ангел поднял венок перед собой, свет от венка пролился на купол церкви, а затем на весь городок. Маленькие домики, так и засветились в золотых лучах.

Могучее солнце, расправив лучистые руки, уже взобралось на небесный купол. Ангел взглянул на него, улыбнулся и исчез, оставив белый рассеивающийся силуэт. Там, где он стоял, появилась стройная юная липа, весело шелестящая молодой, сочной листвой.