– Так это же «Под сенью»! – воскликнула Дэйзи. – Почему вы так сразу не сказали, а повторяли «Подсеню»?

– Ну да, «Подсеню»! – с недоумением повторил француз. – Я так все время и говорил: «Подсеню». Пожалуйста, где этот дом?

– Его название «Под сенью», – поправила Дэйзи, четко произнося каждый звук.

– «Подсеню», – сказал он снова. – Куда мне надо идти? Я последний раз вас спрашиваю.

Казалось, он вот-вот расплачется. Фатти взял его под локоть.

– Идемте. Я вам покажу. Мы вас туда проводим, уже по-настоящему.

И они пошли по улице все вместе, а Фатти вдруг снова залопотал по-французски. До конца улицы, за угол, вверх по склону, а там – в тихий зеленый переулочек. На полпути они увидели хорошенький домик. Над трубами вился дымок.

– «Под сенью», – сказал Фатти, указывая на дощечку у калитки.

– А-а! «Подсеню», – радостно воскликнул француз и, приподняв шляпу, попрощался с девочками. – Адью, мадемуазель и мадемуазель. Я тороплюсь к моя сестра.

Он скрылся за калиткой. А Бетси вздохнула и взяла Фатти под руку.

– Как все нескладно получилось, Фатти. Мы думали устроить тебе на платформе торжественную встречу, а остался там только Бастер. И мы погнались за человеком, который на тебя ну ни чуточки не похож!

– Да… но в том-то и беда, когда Фатти переодевается, он ни чуточки на себя не похож! – проворчал Пип. – Пошли, Фатти. Мы тебя проводим. Наверное, твоя мама уже не знает, что и думать.

Миссис Троттевилл действительно уже тревожилась и очень обрадовалась, когда Фатти и его провожатые вошли в переднюю. Она поспешила к ним навстречу.

– Фредерик! Ты опоздал на поезд? Где ты задержался? Ну, добро пожаловать домой!

– Привет, маме! М-м-м! Как вкусно пахнет. Бифштекс с жареным луком? Как по-твоему, Бастер?

– Гав! – ответил Бастер, готовый согласиться с любым его словом. Он покрутился у ног Фатти, умчался за диван, снова выскочил и начал стремительно бегать между стульями.