- Послушай, Эйб, - беззлобно заговорил Шелли, - давай не будем спорить. Ты знаешь Марту. Ей нужна треть. Она готова обращаться с нашим планом ко всем крупным барыгам - ты ведь не один такой, - пока не получит треть. Начнет она с Берни. Это ведь не мелочь какая-нибудь. Куш составит два миллиона долларов. Даже если на твою долю придется только четверть, ты все равно хорошо заработаешь и притом безо всякого риска. Мы хотим треть, Эйб, и точка. Иначе мы будем договариваться с Берни.

Эйб почувствовал, что дальше торговаться бессмысленно.

- Эта Марта! - проговорил он с отвращением. - Не терплю женщин, которые много едят. Есть в них что-то такое...

- Неважно, сколько Марта ест, - сказал Шелли, уже улыбаясь своей чарующей улыбкой. Он понимал, что выиграл. - Получим мы треть или нет?

Эйб посмотрел на него со злобой.

- Да, вор, получите!

- Не волнуйся, Эйб. Нам всем достанется по хорошему куску. Ах, да, еще одно...

Эйб подозрительно нахмурился.

- Что еще?

- Марте нужна какая-нибудь побрякушка... браслет или часы. Что-нибудь позаметнее. Только на время. Это понадобится ей для дела. Помнишь, ты обещал...

- Иногда мне кажется, что у меня голова не в порядке, - сказал Эйб, но все-таки отпер ящик стола и вынул продолговатый плоский футляр. - С возвратом, Генри... без фокусов.

Шелли открыл футляр и стал с одобрением рассматривать платиновый браслет с бриллиантами.

- Не будь таким недоверчивым, Эйб. В конце концов, ты и себе перестанешь доверять. - Он спрятал футляр в карман. - Очень даже ничего. Сколько он стоит?

- Восемнадцать тысяч. Мне нужна расписка. - Эйб нашел лист бумаги, быстро нацарапал расписку и подвинул ее через стол.

Шелли подписал и встал.

- Поеду знакомиться с Джонни Робинсом, - сказал он.

- Я не связался бы с этим делом, - сказал Эйб, глядя на него снизу вверх, - если бы не Марта его организовала. У этой бочки сала есть мозги.