Я кинула в рот пару ягод.

– Ну вы даете. Все-то вам известно.

– Профессия у нас такая – все про всех знать, – усмехнулся Сергей Иваныч. – Мы даже знаем про тебя то, чего ты сама про себя не знаешь.

– И чего же я такого про себя не знаю?

– Ты девочка-феномен, – значительно сказал Сергей Иваныч.

– Девочка-уникум, – добавил Иван Сергеич. Я хихикнула. Уж больно это у них высокопарно прозвучало.

– Да, да, не смейся, – с серьезным видом произнес Сергей Иваныч. – Твои психофизические данные были заложены в компьютер и обработаны спецпрограммой. И оказалось, что ты обладаешь врожденными способностями для работы в секретной службе. Это большая редкость. Как некоторым людям от природы дан талант сочинять стихи, рисовать, так тебе, Мухина, от природы дан талант хитрить, изворачиваться, врать, выходить сухой из воды… В общем, ты имеешь все те качества, которыми должен обладать настоящий суперагент!

– Ого! – сказала я и еще раз почесала затылок, не понимая: вроде бы меня похвалили, а если вдуматься – обругали.

– Вот и мы себе сказали «ого!», когда получили расшифровку компьютерных исследований. Естественно, все сведения были тут же помещены в архив «Д», где у нас хранится сверхсекретная информация.

– Все эти похождения Эммы Мухиной описаны в книгах «Тайна зефира в шоколаде», «Тайна кремлевского водопровода» и «Тайна танцующей коровы».

Доступ в архив имеет ограниченный круг тщательно проверенных людей. Вынести оттуда что-либо невозможно; за архивом осуществляется круглосуточное наблюдение. Однако… – Сергей Иваныч сделал паузу и положил в рот клубничку, – твое досье бесследно исчезло.

В комнате повисла напряженная тишина. Иван Сергеич мрачно жевал сигару. Сергей Иваныч мрачно жевал клубнику. Я тоже помрачнела, чувствуя, что у меня в очередной раз начинаются заморочки.