И они покатили на улицу Радищева. Но по пути заехали в кафе и выпили по чашке кофе с пирожными. Пузырьку чтобы он не скучал, поджидая их в машине, они купили бутылочку колы и книжку с комиксами.

Николай Петрович Ветров жил в старом, красного кирпича, двухэтажном особняке прямо в центре города. Дом окружал небольшой запущенный сад с вишневыми деревьями. Сергей подошел к деревянному крыльцу, такому ветхому, что он того и гляди развалится, поднялся и позвонил, нажав на черную кнопку рядом с написанной белой краской цифрой «2».

— Сегодня какой день недели? — спросила Маша у Соломона. — Если будний, то Ветров может быть на работе…

Но Соломон не успел ответить, потому что дверь распахнулась, и на пороге появился лысый человек в синих спортивных штанах, которые пузырились на его коленях, и с голым торсом с жидкими седыми волосами на груди. Под левым глазом у него красовался большой синяк.

— Чего надо? — грубо спросил он, оглядывая всю компанию. — Прямо сейчас милицию вызывать или подождать немного, пока вы не Уберетесь?

— Нам нужен Ветров Николай Петрович, — сказала, едва дыша от страха, Маша. — И не кричите на нас…

— Ах, вам, оказывается, тоже нужен Ветров?! — И мужчина с синяком, схватив очевидно заранее приготовленную швабру, вдруг смешно запрыгал по ступенькам вниз. Размахивая длинной шваброй, он кинулся прямо на ребят. — Это я Ветров Николай Петрович! Я — Ветров! Чего вам еще нужно? Сначала паспорт выкрали, затем избили, а теперь вам чего от меня нужно, деньги? Бриллианты? Доллары?

Они пришли в себя уже в машине.

— Я поняла, у него кто-то выкрал паспорт, — сказала Маша, — скорее всего это «Иван», чтобы в случае, если в аэропорту или где-нибудь еще, в той же гостинице, к примеру, возникнут какие-то подозрения, он мог выдавать себя за родственника Ларисы. Больше никаких объяснений такому поведению я найти не могу.