— Тихо! — скомандовал он, и тут же возбужденные мужчины, окружавшие Уортингтона, замкнули рты и застыли в почтительном смирении. Он сделал жест рукой — и все они выстроились позади него, когда он подходил к Уортингтону.

— Я бы хотел извиниться перед вами, — сказал он на великолепном английском языке. — Виноват был мой водитель. Я позабочусь, чтобы в будущем он соблюдал все правила уличного движения.

— Но, Ваше Высочество… — начал было протестовать главный в группе. Принц Джароу чуть поднял кверху ладонь — и тот сразу замолчал. Когда к ним подошли Три Сыщика, принц, с интересом поглядев по очереди на Боба, Пита и Юпитера, сказал:

— Я сожалею о случившемся. Если бы не мастерство вашего шофера, авария была бы очень серьезной. Вы владельцы этой великолепной машины? — спросил он, кивнув головой в сторону «роллс-ройса».

— Ну, не совсем владельцы, — ответил Юпитер, — но иногда пользуемся ею. — Вряд ли было бы уместным рассказывать сейчас историю машины и вдаваться в подробности того, каким образом они завоевали право пользоваться этим «роллс-ройсом». Сейчас они ехали на нем из Голливуда от Альфреда Хичкока, которому поведали о своем последнем приключении. И вот по дороге домой чуть не попали в автокатастрофу.

— Я Джароу Монтестан, из Варейнии, — представился их собеседник. — По-настоящему я еще не принц, пока не буду официально коронован в следующем месяце. Но народ зовет меня принцем, и я ничего не могу с этим поделать. А вы ведь типичные американские ребята?

Вопрос оказался не такой простой. Они-то сами считали себя довольно типичными американскими ребятами, но не были уверены, знают ли, что под этим подразумевает Джароу.

Ответил за всех Юпитер:

— Боб и Пит — вполне типичные американские ребята. А вот про себя сказать этого не могу: некоторые люди считают, что я очень самоуверен, что я употребляю слишком много длинных слов, а иногда вызываю к себе довольно большую неприязнь.