Когда хозяева вернулись с полными кошелками грибов и увидели свой сарайчик разукрашенным, он так им понравился, что с того дня прозвали они его «светелочкой».

Каждое утро Георгий Николаевич говорил: «Пойду в светелочку работать». А каждый день, ровно в два часа, Настасья Петровна посылала Машуньку с такими словами: «Ступай в светелочку, позови дедушку обедать».

Но все равно и на новом месте не обрел Георгий Николаевич желанного покоя.

В окрестностях Радуля находилось четыре пионерских лагеря: три выше по течению Клязьмы, один ниже по течению. В каждом лагере было по десяти, по двенадцати пионерских отрядов.

Очень скоро пронырливые вожатые прознали, что поблизости поселился писатель, да еще детский, и стали организовывать в его резиденцию экскурсии. Даже соревнование устроили, какому отряду отправляться раньше других.

В первые два лета Георгий Николаевич охотно принимал ребят, рассказывал им о себе, о своих книгах и замыслах, водил юных гостей к церкви, рассказывал историю села.

Но являлись отряды именно в тот «самый-самый трепетный час». Чуть ли не каждый день около полудня подбегала Машунька к светелочке с широко раскрытыми глазами и радостно объявляла:

– Дедушка, опять к тебе пионеры пришли!

Для вожатых эти экскурсии считались «выполнением плана мероприятий», для пионеров они были просто очень интересными походами, а для Георгия Николаевича нагрянуло настоящее бедствие.

Отрядов-то в четырех лагерях было больше сорока, и Георгий Николаевич, вздыхая, по два раза в день откладывал рукопись и покорно шел к своим юным гостям.

Настасья Петровна забеспокоилась: ведь он совсем забросил свой литературный труд.

А Георгий Николаевич утверждал: хотя самое главное для него создавать книги, но как детский писатель он обязан время от времени встречаться со своими юными читателями.

– Какое там время от времени! – негодовала Настасья Петровна.

Потихоньку от мужа она разослала начальникам всех четырех лагерей прямо-таки умоляющие письма с красноречивой просьбой: «Нельзя ли, чтобы отряды являлись не в утренние часы, а во второй половине дня? А то из-за ваших пионеров мой муж совершенно прекратил работать над новой повестью».