– Значит, стрелял белый! – послышался в темноте чей-то голос, тонкий и отчаянный.

– Индеец мог надеть сапоги! – возразили ему из другого угла комнаты.

И стало ясно, что комната большая и народу в ней немало.

– Индеец никогда не наденет обувь с ноги белого, – ответил из темноты низкий голос рассказчика. – Кроме того, должен добавить, что отпечаток сапога был маленьким. Похоже, что ботинок принадлежал ребенку.

– Тогда все ясно, – послышалось из темноты, – белый пацан убил индейца. Индеец улыбался ему, а тот всадил в него стрелу.

– Зачем пацану убивать индейца? – возразил тоненький, отчаянный голос.

– Он мстил за друга, – ответили из дальнего угла.

– Фенимор, рассказывай скорее, – нетерпеливо попросил кто-то невидимый, сидевший рядом с рассказчиком.

И тогда Фенимор, так, судя по всему, звали рассказчика, сказал:

– Тише, братья! Убитого индейца звали Олений Рог, и у него на шее, на сухой бычьей жиле, висел кончик оленьего рога. А вы знаете историю Оленьего Рога?

– Нет! – дружно выдохнула темнота.

– Говори! – взмолился сосед.

– Олений Рог убил Седого Джона. Но он убил его в честном бою. А за это не мстят.

В палате установилась напряженная тишина. И снова стало слышно, как кто-то посапывал. И тогда из темноты спросили:

– Фенимор, а ты-то знаешь, кто убил Оленьего Рога?

– Я все знаю, – прозвучал в ответ глухой голос рассказчика.

– Чего же тянешь?

– Я не тяну. Я рассказываю. Слушайте, братья, – торжественно произнес невидимый Фенимор. – На стреле, которая торчала из груди убитого, была красная ленточка. А стрелы с красной ленточкой были только у одинокого гурона по имени Озерный Глаз.