В квартиру вошли еще два офицера из группы Звягинцева, но Кочетов уже не обращал ни на кого внимания.

— Я предупредил вас, чтобы вы действовали на моей территории достаточно аккуратно, — продолжал он.

— Нас все время используют в центре города, пожал плечами подполковник, стараясь говорить спокойно.

— И тем не менее на счету вашей группы уже два десятка трупов, — нервно проговорил прокурор, — вы превращаетесь в отряд карателей, словно вам поручили отстреливать людей по всему городу без суда и следствия.

— Нам поручают самые сложные дела, — сдержанно объяснил Звягинцев, — и бандиты, как правило, оказывают ожесточенное сопротивление. Мы тоже несем потери.

— Знаю я ваши потери, — отмахнулся прокурор, — рассказывайте, что у вас здесь произошло.

Заместитель начальника УВД полковник Серегин сел рядом, но дипломатично отвернулся. Он знал, какие задания поручают людям Звягинцева, и в душе не одобрял прокурора.

— Мы получили известие, что в этой квартире находится особо опасный рецидивист Коробков, — коротко доложил Звягинцев, — по нашим агентурным данным, он никогда не бывал один. Его всегда сопровождали два-три телохранителя.

— Это бывший работник милиции! — напомнил прокурор, сделав ударение на последнем слове.

— Да, бывший, — перенес ударение подполковник, — у него было несколько судимостей. На счету его банды дерзкие преступления, в том числе и убийства сотрудников милиции. Получив сведения, мы приехали и оцепили квартиру. На предложение сдаться Коробков и его люди ответили отказом. Тогда мы и взяли штурмом квартиру. Во время штурма один бандит был убит, а другой тяжело ранен и отправлен в больницу.

— Как это один? — спросил Кочетов. — А мне сообщили, что трое.

— Вам сообщили конечный результат. Когда мы сюда ворвались, один из преступников, очевидно, вышедший на связь с бандой Коробкова, по еще не установленным причинам решил выброситься из окна.

— Вы ему не помогали? — быстро спросил Кочетов.