Не менее странно выглядел и наряд деда — не то облачение циркового клоуна, не то костюм колдуна из какого-то мультика. На нем был короткий черный сюртук, не скрывавший толстой шеи и с трудом сходившийся на округлом животике. Из-под сюртука выглядывала фланелевая рубашка в крупную клетку. На коротеньких ножках красовались старомодные брюки в полоску, а на босых ступнях — черные галоши. Заметно было, что отдельные предметы этого странного гардероба имеют весьма давнее происхождение, ибо сюртук на плечах расползся по швам, а брюки обтрепались так, будто их снизу обгрызли мыши. Несмотря на все это, старичок своим поведением пытался сохранить видимость некоторой элегантности.

При появлении детей дед Куфель приоткрыл один глаз и приветливо улыбнулся.

— Кого я вижу?! — громогласно вопросил он надтреснутым, но еще довольно зычным голосом.

— Добрый день, дедушка. Хорошая сегодня погода.

Старичок протяжно зевнул и приоткрыл второй глаз.

— Замечательная, только эти проклятые мухи не дают покоя.

— Надеюсь, ревматизм вас сегодня не донимает? Старичок потянулся, отчего тесный его сюртук затрещал по швам.

— Благодарение богу, ничто меня сегодня не донимает, — сказал он и, тепло улыбнувшись, добавил: — Ну а ты, молодой человек, как себя чувствуешь?

— Спасибо, очень хорошо.

— А каково самочувствие твоей уважаемой мамы?

— Спасибо, она абсолютно здорова.

— А твоего братишки?

— Спасибо.

— А бабушки?

— Бабушка, благодарение богу, находится в полном здравии.

Гипця с искренним недоумением прислушивалась к столь витиеватому обмену любезностями. Когда дед Куфель, перечисляя родственников, добрался до бабушки, она тронула Кубуся локтем.

— Слушай, у тебя ведь нет ни бабушки, ни брата.

— Тс-с! — одернул ее мальчик. — Не мешай. Деду нравится расспрашивать, ну так что?

Гипця молча пожала плечами. Она не могла дождаться, когда же наконец ее спутник приступит к делу Креци. Метод Кубуся требовал, видимо, очень большого терпения.