Профессор Фримен потер подбородок.

– В это едва ли можно поверить, – сказал он, помолчав. – Впрочем, если бы я мог услышать сам…

– Давайте попробуем, – сказал Ярбору. – Ра-Оркон, заговори еще. Мы постараемся понять твои слова.

Они оба ждали. Мумия молчала.

– Не имеет смысла, – вздохнул профессор Ярбору. – Но он шептал, клянусь вам. Только он говорит тогда, когда я с ним один. Однако я надеюсь, что вам удастся услышать его и перевести его слова.

Профессор Фримен сделал вид, что верит своему другу, но было совершенно очевидно, что он не придает всей этой истории ни малейшего значения.

– Я бы охотно помог вам, если бы смог, – сказал он. Потом взгляд его упал на маленькую пилу в руке Ярбору. – Что вы собираетесь делать? – спросил он. – Уж не распилить ли Ра-Оркона?

– Нет, нет, – открестился профессор Ярбору. – Я хотел отпилить уголок у саркофага, чтобы радиоактивным методом определить, как давно был погребен Ра-Оркон.

– И только ради этого вы хотите испортить такую бесценную вещь! – воскликнул профессор Фримен. – Я бы ни за что так не поступил!

– Я не уверен, что Ра-Оркон и его саркофаг столь уж бесценны, – сказал Ярбору. – Таинственны, да. Во всяком случае лабораторное исследование необходимо. Но я сделаю это только после того, как разгадаю загадку странного шепота. По правде говоря, Фримен, я совершенно сбит с толку. Ведь мумия не может шептать! Но вот эта тут проделывает такое. И только я могу ее слышать.

– Гм-м-м… – профессор Фримен наморщил лоб и постарался не слишком явно показывать пожилому человеку свое сочувствие. – А что вы скажете, если я перенесу дорогого Ра-Оркона на пару дней к себе в дом? Оставшись наедине со мной, возможно, он тоже заговорит. Тогда я попытаюсь понять его и сообщу вам, что он говорит.