Боб так весь и напрягся. Альфред Хичкок написал им письмо? Тогда, значит, речь пойдет о новом деле, потому что мистер Хичкок обещал известить их, если ему подвернется что-нибудь подходящее под руку.

– Нет, оставим его на конец, – сказал Боб. – Возможно, это наиболее интересное письмо. И вообще – не подождать ли нам Юпа, прежде чем начать читать письма?

– Это после того-то, как он попытался подставить нас, – запротестовал Пит, – натравливая миссис Джонс, чтобы та навалила на нас еще больше работы? А кроме того, ты отвечаешь за документацию и расследование материалов дела, а почта туда и относится. Понятно?

Это убедило Боба. Он начал разрезать менее важное письмо. Но при этом заметил кое-что на конверте.

– Прежде чем мы прочтем письмо, – сказал он, – давай посмотрим, нельзя ли предварительно сделать кое-какие выводы. Ведь Юп сказал, мы должны как можно чаще тренироваться в умении делать логические выводы.

– Как можно делать выводы из письма, если ты его даже не прочел? – скептически возразил Пит. Но Боб уже изучал конверт со всех сторон. Тот был сиреневого цвета. И от него пахло сиренью. Потом Боб осмотрел вложенный в него листок бумаги: опять запах сирени. Штамп отправителя украшала виньетка с двумя играющими кошками.

– Гм-м-м… – промычал Боб и приложил руку ко лбу, словно мучительно думая. – Так, теперь я ясно все вижу. Автор письма – дама, ну, скажем, пятидесяти лет. Она маленького роста и толстенькая, красит волосы и, возможно, много говорит. Так, и она страстная любительница кошек. У нее доброе сердце, только иногда она несколько неряшлива. Вообще она очень веселый человек, но когда писала это письмо, то пребывала по какой-то причине в унынии.

Пит вытаращил глаза.

– Здорово! – сказал он. – И все это ты заключил только по конверту и сложенному пополам письму, не зная его содержания?

– Факт! – Боб делал вид, что все это для него проще пареной репы. – Да, вот что я еще забыл: у нее куча денег, и она, возможно, жертвует их в больших количествах на благотворительные цели.