Я там отдыхала. Это - опять что-то новое, неведомое ещё. Он знал, что отдыхают обычно на берегу Чёрного Моря, где самое крутое местечко - Сочи. Элита расслабляется в Крыму или в Юрмале. Андрей никогда не слышал, чтобы кто-нибудь отдыхал в Мексике. - Там хорошо? - Спросил он осторожно. Хотя, зачем спрашивать? Понятно и так. - Классно, - ответила Надя, таинственно улыбнувшись. Андрею вдруг стало как-то очень легко. Ему казалось, что знает он Надю страшно давно - с самого детства. Она поставила свой бокал на стол. - Расскажи мне теперь о себе. Я хочу послушать. Андрей виновато пожал плечами. Что рассказывать? Он привык стесняться своей биографии, где не было ровно ничего хоть сколько-нибудь необычного. Родился. Ходил в детский сад, а потом в школу. Всё было серо и буднично. Скучный унылый двор с загаженным лифтом, соседскими хулиганами и вечно праздными бабушками на лавочке у подъезда. Школа с занудами-учителями, вечно бубнящими что-то заученное и бессмысленное. Одноклассники, которые ругались матом, дрались, играли на значки в школьном сортире и втихоря показывали друг другу невесть откуда взявшиеся мутные копии порнографических снимков. А ещё мёртвый Ленин, возвышающийся посередине двора школы. Он смотрел бессмысленным взглядом куда-то. Ленину не было дела до того, что происходило вокруг. Зимой падал снег, и засыпал идолище. Ленин становился грузином с характерной горбинкой на носу. У него появлялись меховой воротник и дурацкая шапочка. Школьники тихо глумились, глядя в окно. Но Ленину было всё безразлично. Андрей пожал плечами. Что, в самом деле, рассказывать? - Ты пытался поступить в МГУ? На какой факультет? - На механико-математический в первый раз, а потом - на филологический. - И без толку? - Без толку. - Советские вузы на деньгах сидят. Надо заплатить, чтобы поступить. Андрей кивнул. - Надо, наверное. - А вы... вы платили, когда поступали туда? Надя улыбнулась. - Обращайся ко мне на "ты". Я ещё не такая старая. Потом добавила: - Я не платила.