На душе скребла муть. Предчувствие неудачи. Андрей знал, что если прогорит теперь, следующий раз прийдётся нескоро. После двух лет... Советская армия. Андрей ненавидел это звукосочетание. Самые мерзкие ассоциации возникали в мозгу. Озверевшая морда ублюдка-"дедушки", пинающего его сапогами. Чьи-то зловонные портянки, которые надо выстирать, иначе будут макать головой в унитаз... Андрею казалось, что он готов лучше - в бега, пусть его ловит милиция. Даже тюрьма не представлялась такой мрачной и беспросветной. И снова Андрей приехал в Москву. Столица выглядела всё той же - ко всему равнодушной, бессмысленно суетящейся. Никому до него здесь не было дела. Андрей понимал, что он лишний. И не только в Москве, а вообще - в жизни. В этом сплошном зверском круговороте Андрей не находил своего места. И, наверное, вообще всё зря. Зря он родился. Снова университет. Андрей опять идёт по этому коридору. Он узнаёт стены, узнаёт портреты вокруг. Андрея не узнаёт никто. Он тут не нужен, неинтересен. Потом опять - аудитория. Сонный преподаватель скучно глядит на него сквозь очки. Глядит так, как если бы глядел на муху. И если в тот раз Андрей подавал документы на механико-математический факультет, то сейчас, подумав и сделав выводы, подал на филологический. Он слышал, что тут постоянные недоборы. Первый экзамен - русский язык. Преподаватель глядит на Андрея, ждёт, когда тот начнёт говорить. Но Андрей молчит. У него хоровод в мозгах. Все эти суффиксы с приставками, сложноподчинённые и сложносочинённые предложения - всё перемешалось, всё перепуталось. Андрей добросовестно занимался, просиживал за книгами и тетрадями все вечера. Он был уверен, что ответ на вопрос знает. Надо только собраться, сконцентрироваться... Солнце било в окно. Какие-то дети бежали куда-то по улице. Троллейбус. Деревья... Андрей не знал, что отвечать. Он молчал. Преподаватель скучно постучал по столу ручкой, перелистал что-то. И Андрей услышал другой вопрос. Это - конец. Даже если он ответит правильно, выше "тройки" уже не поставят.