— Надо что-то делать, Зюзя. Как бы это проучить Чудикову?
Ваня задумался. Его голубые глазёнки сощурились, и он долго смотрел куда-то за окно.
— Надо на чердак к ней забраться и запеть, как поют ангелы: со святыми упокой…
— А как поют ангелы?
— Чёрт их знает! Наверно, вот так.
И Ваня, скорчив умилительную рожицу, затянул тоненьким, надтреснутым голоском:
У него получилось это так смешно, что оба они долго не могли успокоиться.
— Нет, — сказал Тоша. — Мы напрививаем ей на огурцах тыкв-лагинарий и арбузов, а по середине грядки посадим вверх ногами сумасшедший помидор. Вот она и закричит тогда: «Свят, свят, свят! Сгинь, нечистая сила!» Она узнает у нас третий день творения!
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ,
в которой Тоше Корешкову поручают делать доклад о Кубе
— Теэн! Тоша! — кричал на весь школьный коридор Митя Башмаков. — Иди! Тебя сейчас же зовут в пионерскую комнату.
Тоша в это время стоял около своего класса и говорил с Ваней Зюзиным о том, какой уход нужен за садом зимой.
— Тоша, иди же, тебя зовут, — прервал его рассказ Ваня.
Тоша пошёл в пионерскую комнату. Там сидели старшая пионервожатая Нина Григорьевна и председатель отряда Натка Сагалова.
— Тоша, ты был на Кубе? — заинтересованно опросила Нина Григорьевна.
— Никогда не был… А что?
— Это как же так, не был? — набросилась на него Натка. — Ты же сам говорил, что был…
— Ты что? Когда я говорил?
— А помнишь, в селекционном саду? Ты ещё говорил, что там есть королевские пальмы… И что ты с них ел орехи… — наконец, она запальчиво сказала: — Хочешь, позовём сюда Ваню Зюзина. Зюзя слышал, что ты говорил!