— Оттуда, откуда ты всегда все знаешь, — прямо ответила она.

— Кажется, это ты спишь с ним в одной палатке, — отрезал Воробушек. — А я постоянно торчу тут, при Листвичке, — в его голосе послышалось непонятное Остролапке раздражение.

Беспокойство о Львинолапе продолжало терзать Остролапку, но вдруг откуда-то из глубины перед ней всплыл увиденный перед рассветом сон про Ивушку. Если Воробушек не хочет помочь ей с Львинолапом, может быть, он сумеет разобраться в том, что так тревожит ее подругу из Речного племени? А если…

На этот раз Остролапка решила зайти издалека. Каждый воин знает, что когда выслеживаешь капризную дичь, нужно запастись терпением.

— Ты поговорил с Ивушкой на Совете? — спросила она.

— Чуть-чуть.

— Знаешь, мне кажется, она очень огорчается из-за того, что ты так ее невзлюбил.

— С какой стати я должен любить всех подряд? — мгновенно окрысился Воробушек.

— А с какой стати ты должен не любить всех подряд? — парировала Остролапка. — По-моему, Ивушка очень славная. Думаю, ты напрасно стараешься ее расстроить.

— Никого я не стараюсь расстроить! — взвился Воробушек, впервые за время разговора отрываясь от своих трав. — И вообще, ее переживания меня не касаются!

— Тебе не кажется, что на Совете она выглядела какой-то взволнованной? — потихоньку перешла в наступление Остролапка. — И вообще, все Речное племя вело себя странно…

Воробушек оставил травы и насторожил уши. Остролапка не сомневалась, что он по-настоящему заинтересовался.

— Может быть…

— Значит, это не мои фантазии? — спросила она.

— Какие еще фантазии?

— О том, что в Речном племени что-то стряслось!

— А ты, в самом деле, так думаешь? — Воробушек нахмурился.

— Не знаю… — замялась Остролапка. — Она не хотела распускать сплетни о бедствиях соседей, это было бы непорядочно по отношению к Ивушке. — А ты?